1.
Покуда ветра нет, мне тоже дела нет, и до меня другим, похоже нету дела, а журавли летят, и тает в небе дым, и все огни дошли до крайнего предела.
Покуда дела нет, а есть один лишь дым, и юный был задор, но всё исчезло мелом, и больше никуда не повернуть мой ход, пусть даже мой корабль, взрезает волны смело.
2.
Я не буду бояться, мне на это плевать, просто хочется сняться, и куда-то умчать, и куда-то умчаться, без возврата назад, я не буду смеяться, пусть гуляют глаза. Новый день будет также протекать, как вчера, и достаточно лажи, и наврут доктора, и лжецы напророчат слов дурацких сполна, мне б хотелось, короче, чтоб настала весна.
3.
Не думаю, что это - особенность у меня одного бывает, всё здесь наоборот. Всё всегда бывает у всех наоборот.
4.
Слова толпятся в голове и ходят строем, а мы гуляем по траве, и землю роем, слова себя произнести всегда стремятся, а мне не хочется идти туда, признаться. Произноситься не хочу, звучать словами, Смотрю на тусклую свечу, я здесь не с вами. А то что видится в словах, в них всё и дело, а мне туда, за острова, где нет пределов. Слова толпятся и гудят, скрывая смыслы, На небе радуги дуга с дождя повисла. Я показать её хочу тебе другому, смотрю на тусклую свечу - дорога к дому.
5. Я лишь ветра отражение, медленное сна кружение, исчезающее жжение, от крапивы по дворе, этот глаз ярчайший синий, это ткань — сплетение линий, память прошлого остынет и останется в игре.
Я лишь облако лесное по дорожке с детворою, сквозь росу и запах хвои, по дороге к озерцу Мы друзья с лесной дорогой, С земляникой недотрогой, с нежным ландышем и строгой тенью ветра по лицу.
Все отсюда наши родом, народились, через броды, переходим на свободу, воля — наша благодать, мы отсюда, мы Россия, мы копали и косили, и баклуши тоже били Смысл стараясь разгадать.
И теперь мы знаем много, как ведёт нас бог дорогой, удивительной и строгой, доброй к людям и зверям. По лесным дорогам ходим, и гуляем на восходе, и копаем в огороде, и летаем по морям.
И века проходят строем, мы растим и землю роем, Мы в бою мы перед боем, Превращаем небыль в быль. Такова работа рода, лишь желанная свобода требует иного входа превращая землю в пыль.
6.
Легко ли проходить без боли то, что я называю полем, где рассыпают тонны соли, которые нам вместе есть? Легко ли в беспределе воли, считать, что грех уже отмолен, и что осанна с колоколен, читается не звуком Смерть?
7.
Нас пугают, мы пугаем, не боимся — так сыграем, сами страх изображаем, сами верим, а потом, испугавшись убегаем, откровения читаем, и убытки посчитаем, оказавшись за углом.
Нем не очень сладко спится Под прицелом дни и лица, мчит по небу колесница, уносящая в огонь наши судьбы, наши чувства, осторожное искусство, а потом, проснёшься — пусто, лишь раскрытая ладонь.
Ох крепки ладони Бога, каждому лежит дорога, предначертанная строго, влево, вправо — не моги, Напугают — испугайся, пролетай и превращайся, уходи и возвращайся, чтоб почистить сапоги.
Строки странные такие, звуки сладкие и злые, сроки точные, чужие не сумеют здесь пройти, потому не надо страхов, и задоров и рубаху ни к чему хватать с размаху, раздирая на груди.
8.
Я постоянно вглядываюсь в облака, читаю узор странного неба, которое так ясно объясняет всё, а я забываю, что нужно научиться читать его буквы, и только тогда можно будет говорить правильные слова, читая их в прописях неба. А когда на небе нет облаков? Что делать? Когда на небе нет облаков. Лучше тогда молчать.
Лучше тогда молчать.
9.
Смотрю на облако и вижу, как густо время в облаках, и воды, что струятся снизу, не удержать в пустых руках, рукам и голыми по небу вожу, стараясь начертать свою отчаянную требу не применяя силу рта. А в облаках сгустилось время, и время каплями из пор, летит и падает как семя, и попадает прямо в темя, и прорастает с этих пор, и всходит спелыми плодами, лишь мне за ними не поспеть между людьми и городами, меняя золото на медь
10.
На окне на моём солнце за окном моим ветер бродит, конопля растёт в огороде, и звенят комары тонко, вьётся облако над опушкой, колокольчик росу сушит, я смотрю на свою избушку, я гляжу в неё, прям как в душу. Журавли пролетят в сини, паутинкой коснётся осень, а в колодце вода остынет, и чернику принесу с просек. За окном моим город дышит так неровно и запоздало, раскаляя свои крыши, дребезжа суетой вокзалов, а за лесом ещё поле, а за полем придёт вечер, это просто, это всё воля, и иду я туда навстречу.
11.
В очередной раз, солнце пришло в мир, и не открыв глаз, я уже - меж людьми. Снова живёт свет, значит и я здесь, Сохнет роса в траве, солнцу — траву греть. Я подожду быть с солнцем открыв глаз, слушаю глас судьбы в очередной раз.
11.
Так убедительно скрипят смешные двери мироздания, я здесь, явился на свидание, искристый с головы до пят. Меня не нужно убеждать, что происходит всё как нужно, отлично всё, и мир снаружи, как и внутри, готов читать. И петли старые несут в душе невидимые двери, вот потому я крепко верю, что страшный суд — нестрашный суд. И каждый будет проходить через свои очарования и огорчаться и шутить, претендовать на воздаяние. Но двери тонко так скрипят, всё постоянно отворяя, и в лабиринтах позволяя тебе искать внутри себя. И ты проходишь по мирам, и в зеркалах себя читаешь, пока на солнце не растаешь росой лучистой по утрам.
12.
Множества тайн мира светятся в тишине, вижу лежит книга где-то на самом дне. Я наберу воздух, прямо сейчас нырну, быстро, пока не поздно, и поплыву по дну. Я проглочу знаки, вызнав во тьме всю суть , Выведаю во мраке. И распрощаюсь - «будь». Так и прощусь с собою, выдохну всё что есть, и поплыву с судьбою чтобы наверх успеть. (в светлую тайну — смерть).
13.
Я вернулся в деревню с головой в благодать, в этих сумерках древних враз до бога достать в удивительном мире трав пахучих и снов остановлены миги и становишься нов. Здесь лишь время разлито по лесам и цветам всё волшебным покрыто и ведёт к небесам, просто так по тропинке через лес прямо в рай ты шагаешь с корзинкой, веселись и играй. Я в деревню приехал, древних духов не счесть, Всё кончается смехом, всё, что есть, просто есть.
14.
как в цели попадают метко шальные пули бытия, на сердце крошечная метка, и крови красная струя помечена, и вся под пули, шальные облака судьбы, нас обманули, обманули и разменяли на гробы. Как попадают метко в цели случайных образов зрачки, Кого здесь просто так задели? Того порвало на куски, Кого-то зацепило строчкой, и жизнь по новой сорвалась, все в одиночках одиноки, и вопиёт в пустынях глас, в своих отечествах пророки, свои пророчества поют, летают вещие сороки, а жернова муку куют, и всё случайно, всё случайно, так тонка нить, так тонко нить, вот в том-то, тайна, в том-то и тайна, что ничего не изменить.
15.
Ничего уже не осталось, ничего не сумеешь вспомнить, точка света, улыбки малость, и закат во всю ширь огромный. Ночь потом уронила резко всю свою красоту и пряность. Может в радость, а не отместку, и рассвет был шальной и пьяный. Был тот миг, когда всё смешалось, и остался лишь облик томный, но и этого не осталось, ведь и это уже не вспомнить. Отчего же легко и грустно, вспоминать, что уже исчезло, растворилось, и там где пусто, вновь трава из щелей полезла. Заросло всё, и показалось, Что весь мир мой — такой никчёмный, Что ж осталось-то, что ж осталось, что ж я силюсь, стараясь вспомнить. Откололось и разбежалось, Растворилось в углах укромных. Жизнь моя — ты такая малость. Ну чего здесь пытаться помнить.
16.
На город падают дороги, разбив все двери и пороги, толкают в неизвестность ноги, и мы уходим от домов в уме сплетается, как в тканях, всё что тобою стало ранее, и ты шагаешь вдаль по граням таких же медленных умов.
И небо падает на город, и прикрывает тех, кто дорог, забот и дел прекрасный ворох лишь делает чудесней путь А на пути такие встречи, А путь всегда из утра в вечер, А после каждый в нём отмечен, и ты о встречах не забудь.
Но уведут тебя дороги, забудешь встречи и пороги, Научат помнить, что и ноги, должны шагать через порог. Под небом в городе светает, и в воздухе уже летает, мотив, тебе напоминая, что невозможно без дорог.
17.
Мой суровый сторож, строго стережёт отсыревший порох, вдруг кто подожжёт. Порох только пшикнет, не готов гореть, вдохновение сникнет - в пору помереть. Мой печальный сторож, стережёт печаль, он мне тоже дорог, и расстаться жаль. Мы уже привыкли, но пора лететь, И опять поникли, песни, что не спеть. Сторож мой поникший, так устал стеречь. Кто из нас здесь лишний? Кто мешает петь? Песни наши стали Шёпотом без слов, просто мы устали, всё давно прошло. Сторож мой боится, что сумею сбечь, и договориться, порох свой зажечь. Запою открыто прямо в небеса, и конец, закрыто. Нет пути назад. Сторож мой, не бойся, я уже в бегах, Ляг и успокойся, позабудь про страх, только воля в сердце, и покой в душе, открывают дверцы, так что я уже. Большего не надо, ты давай за мной, Прямо за ограду, Прямо в летний зной, прям в февральский холод, окуни свой сон, Пролетит осколок мимо в небосклон. Только воля в сердце, только ветер в поле, мы уже за дверцей, мы уже на воле.
18.
Если хочешь, давай со мной, там есть всё, и ещё чуть-чуть, Ну не всё же тебе одной, пробираться сквозь сон на путь. Мы однажды теряем след, нас однажды несёт в блудняк, хоть на день, хоть на сотню лет, нету времени — это так. Каждый знак прочитать сумей, на дороге дороги нет, путь твой только в твоём уме, и в начало ведёт конец. Если хочешь сама иди, ну куда от себя уйдёшь, В прочем можно и погодить, может правильно, что ты ждёшь. Всё равно ведь, твой путь живёт, лишь когда по нему идёшь, и не важно, что кто-то ждёт, если ты ничего не ждёшь.
19.
Мы с тобой на середине пути, мы всегда на середине пути, мы с тобой есть середина пути, ты да я Путь под ноги нам бежит сам собой Путь всегда под ноги нам сам собой Путь под наши ноги сам бежит самсобой этот путь.
Середина — равновесия суть. Равновесие — удача и свет, Это правда и движение вверх Это путь Мы всегда на середине, поток, нас ведёт и путь рождается в нас, равновесием и правдой пути В нас с тобой
20.
Уходит огонь в стороны, вода растеклась, здорово, и кажется свет розовым, здрасть. Я помню, мы были бодрые, а что ж нам там было от роду, а время и нынче доброе, в масть. И льётся поток, по сердцу, Пусть мир весь на нас косится, Оно всё само устроится в лад Ведь ноги дорогу делают, И поле пока белое, Мы будем, где нужно смелыми, Я рад. Огромное море морщится, Ох волны какие мощные Душа в благодать просится, Неспроста И вера вполне рьяная, и сердце от ветра пьяное, Но солнце уже глянуло Красота А будет ещё многое, К чему же теперь строгое Кого это всё трогает? Жизнь идёт Не нужно в ответ морщится, С тебя ведь за всё спросится, И пусть этот мир косится. Нам вперёд.
21.
Там точно есть, иная жизнь, отбросим жесть, на чистый лист напишем вновь и пропоём один из снов, давай вдвоём. И мне не важно знать, что есть, иная жизнь, иная смерть, нам по любому по пути, дорогу к дому не пройти не миновать, не избежать, чего искать, куда бежать нам в чистом поле благодать, готов и ждать. Меняю жизнь, и новый ход, уже лежит, и время ждёт, Но всё же жжёт, и пробежит, Ну что ж — зачёт. Пускай лежит. И шахматист напротив — Бог. Играет партию с тобой, так что пора ходить И брать, Пора любить, а не страдать.
22.
Жду от каждого мгновения, принесёт оно прозрение, и мгновения приносят, мне прозрения, и просят, чтоб вернул им осознанием то, что я обрёл вниманием, и проходим друг сквозь друга, всё по кругу, всё по кругу.
23.
Осознанность движений высока. Мне так нужна осознанность движений, чтоб с каждого простого колоска, слетала пыль пустопорожних мнений.
24.
Столько уже пролетело, столько уже утекло, помнит упругое тело, и не теряет тепло, и погружается в воду, и вытесняет объём, также в любую погоду, входит в любой водоём. Помнит рассветы и ветер, губы и свет из окон, как превращается в вечер, утренний песенный звон. Тело пока не устало, по свету с ветром гулять, сколько, кто знает осталось, здесь в эти игры играть, Пусть наполняется память, пусть не пугает волна, этими странными снами, этими снами из сна.
25.
Надо бы проще. Стало бы легче, стало бы лучше, чище и выше. Надо быть жёстче, непримиримей, стало бы тут же строже и зримей. Надо бы ярче, надо бы, тоньше, надо бы чаще, надо быстрее, было бы даже, лучше бы если, не было вовсе всяческих надо. Может не надо, может не будет, только по воле высокого неба, будет как будет, и только как надо, так всё и будет, это и лучше.
26.
Такие образы гуляют в облаках, и проливаются дождём на наши воды, проходят страны, царства и народы, и все синицы умерли в руках. А в облаках летают журавли, и отражают вместе с облаками себя в озёрах, образы руками, я в них ловлю, толкаясь от земли. Мне облака, что под водой плывут, в тончайшей дрожи неба по озёрам, ласкают души, проникая взором, в глубинный и нетронутый уют. И я храню себя средь облаков одной частичкой образного света, и с журавлями вместе над планетой, лечу, себя избавив от оков. Душа моя уже устала ждать, когда она отправится за грани, оставив позади в оконной раме свой отпечаток, силуэт, печать.
27.
Скрипят небесные колёса, Да, кучер, Бог, похоже спит, а у меня к нему вопросы давно назрели, накопить успел уже вопросов много, пока катаюсь здесь сквозь сны, но знают лошади дорогу, им не нужны поводья бога, чтобы добраться до весны. А у меня вопросы были, ну как мне выбраться из снов, не все ж пути ведут к могиле, есть, что выводят из умов, приводят к радости и воле, когда скитания легки, и ты гуляешь в чистом поле любым запретам вопреки. Мой кучер-Бог на козлах дремлет, колёса вертятся, скрипят, вселенная застывши внемлет, готова с головы до пят. И вся огромная готова, всегда и ко всему она, и я здесь просыпаюсь снова, так и не выбравшись из сна.
28.
Задремал на облучке Бог, и вселенная скрипит — спит, не хватает для дорог ног, и каблук мой до основ сбит. Дремлет бог , и на Земле — сон, люди спят, и просто ходят во сне, кто-то как-то изобрёл колесо, а за ним уже повадились все. Только я не унываю, к чему, в этом мире без причины ныть, Бог здесь вовсе не причём, ведь ему, Снятся эти про меня сны. Только, чтобы не упал Бог, Средь людей бы не развёл дрязг. Впереди ещё так много дорог, И по каждой про своё пляс. Хорош б мне не проспать — в срок, чтоб проснуться, когда всё в масть, Так что можешь не рулить, Бог, спи спокойно, всё твоя власть.
29.
капля упала с неба, прямо на сонный пруд, как далеко до снега,
Связанные материалы
Тема творчества