1.
Всё повторяю, повторяю одни и те же кренделя, но в каждом дне себя теряю, на части целое деля. В игру весёлую играю, делами время жизни для, и вновь ночами умираю, чтоб утром встретила земля, когда дороги пролагаю через пригорки и поля, и временем располагаю, слова и мысли шевеля. Пусть времени струна тугая звучит в душе на ноте Ля, когда я смыслы постигаю. Они мне действовать велят, они коней моих стегают, они же мой направят взгляд. А неба скатерть голубая равняет все предметы в ряд. Я ж по рядам в ладах гуляю, чтоб исполнить свой обряд. Я лишь собой повелеваю, стараясь не нарушить лад, чтоб осторожность сохраняя, пока дрова в костре горят, не забывать всё то, что знаю, про подобающий наряд. И, нарядив, преображаю свой мир, чужого не беря, где только сам с собой сражаюсь, на части целое деля.
2.
Какие выпадают знаки? Пора учиться у горы. Её незыблемой отваги уроки ясны и мудры. Я вижу непоколебимость, устойчивости торжество, спокойствия неуязвимость, и с небом близость и родство. Умение не торопиться, не ускоряться в мелочах, в мгновении бесконечно длиться, качая вечность на плечах, сквозь перемены дня и ночи волной единого Пути, проходит вечность, как захочет. А ты все связи отпусти. Не перетягивая струны, касайся плавно и легко, чтобы иероглифы и руны ложились точно под рукой. Пусть взгляд в прозрачности вселенной скользит по знаком, видя суть, ведя тебя по переменам, в которых неизменный путь единого закона мира постигнешь ты и обретёшь, и, прочитав себя, как книгу, простую истину поймёшь. Ни медлить и ни торопиться нет смысла в средоточии сил, где каждый миг сквозь вечность длится, хоть ты его и не просил. Такие выпадают знаки. Пора учиться у горы. Её незыблемой отваги ясны уроки и мудры.
3.
По жизни думая о многом, я помню все наперечёт возможности, куда дорога меня под вечер приведёт. И лишь желание проснуться во мне крепчает и живёт, я не желаю оглянуться, но двигаюсь всегда вперёд. Всё, что привиделось в дороге, осталось где-то позади, долины, горы и отроги, пороги, окна и дожди. Однажды весь мой мир исчезнет. Он растворяется во мне. Переходя от бездны к бездне, сгорает прошлое в огне моих пожаров быстротечных, переживаний и потуг. Ведь всё живущее конечно, но всё случается не вдруг. Сплетается из тонких нитей невидимая мира сеть. Я в ней лишь отблеск тех событий, которые в потоках есть. Сомнительные достижения привычно радуют меня, где всё лишь времени движение на гранях прожитого дня. Куда спешить, к чему стремиться, какие линии вести? Пока мой мир живёт и длится, мне с этим миром по пути. Однажды он во мне исчезнет, и я исчезну вместе с ним, переходя от бездны к бездне, мы жизни линию продлим до перекрёстка там, где небо соединяется с землёй. Исчезнут все следы под снегом, холодным пеплом и золой.
4.
Начинай с любого места. Разницы большой не будет, из какого слепишь теста представления о чуде. Сколько времени проходит от начала до начала? Не случается в природе, чтоб природа замолчала. Потому что в жизни рода звук звучит, не прекращаясь, и поёт моя природа, по кругам времён вращаясь. Я во времени кругами расхожусь в пространствах мира, а дороги под ногами расплетаются не мимо моего потока света, мне дарованного в чуде. Только знаки и приметы говорят, что дальше будет. Я читаю эти знаки, я по ним ступаю твёрдо. Мне достаточно отваги, чтоб об этом думать гордо. Потому что мне дарован Путь, - пройти и оказаться в ясной, радостной и новой жизни, знания набраться, и в потоках растворившись, обрести себя в потоке, где покой живёт и длится в каждом миге, в каждом сроке.
5.
И этот день, и остальные, такие же, как этот день, меня берёт в тиски стальные, и тень наводит на плетень. Я мелочей не замечаю, свой взор высОко устремив. Но мелочи меня цепляют, и держат прочными цепями, покуда жизнь вокруг гремит, своими громкими слогами мне сообщает свой поток. Вот и дорогая под ногами, разматывает свой моток. По лабиринтам бродят тени, не понимая ничего, а вверх ведущие ступени, не допускают естество спокойно применить и ловко уйти на новый круг вверху. Здесь пригодится мне сноровка, чтоб точно завершить строку, И новое повествование легко затеять в новом дне. Такое скромное желание. Быть может, сбудется во сне.
6.
В этом городе много всего, я же сам среди всех одиночка. Одинокое я существо, как гласит предыдущая строчка. Очень много примет у людей, люди верят в любые приметы, потому что хватает идей рассказать про дела и предметы. Я смотрю за окно. Во дворе вижу, снова предметы и люди. Их там много по летней поре. Все, гуляя, мечтают о чуде. Мне смешно наблюдать, как идёт жизнь людская. Проходит покуда. Потому что природа не ждёт, но живёт состоянием чуда. Я здесь сам, неуклюжий такой, вывожу эти буквы по строчкам, их рисую нетвёрдой рукой, притворяясь одним одиночкой. А весь мир, он един и один, неделим, бесконечен и вечен. Не сужу, потому не судим, потому что здесь вочеловечен.
7.
Мне однозначно хватит света, чтоб рассмотреть наверняка, как в небе пролетит комета, хвостом цепляя облака. Все правила не перечислить, картинки все не изучить. А я учусь искусству мыслить. Я не смогу других лечить, пока не овладею сутью, чтоб главное определить. Кто понял, тот уже не судит других, чтоб дальше не платить в пустую, не имея цели, стреляя прямо в белый свет. Пусть даже нервы на пределе, но суетиться смысла нет. Не нужно нарезать кругами свою пустую суету, не видя истину, ногами топтать без смысла красоту. Всё перемелет жерновами неумолимых перемен. Других не вижу оснований, забыв свой путь, сдаваться в плен узорам разных обстоятельств, плывущим по реке времён. Пойми, чего хотел создатель, когда тебя замыслил он.
8.
Всё, может, сложится и ладно. А, может, ничего не выйдет. Бывает, что оно накладно. И пользы от не го не видишь. Так много разного бывает. Такие путаные нити. Но ничего не забывают, хоть и не скажут, - «Извините». Вот по волне вчерашней призрак проносится и улетает. Куда умчался? Кем был вызван? Кто эти знаки прочитает? Я понимаю слишком мало, чтоб удержать себя за гранью непонимания. От причала уходят корабли, и грянет однажды то, чего не ждали, и не надеялись дождаться, хотя уже не ждать устали, в попытках можно потеряться. Вся эта вязь беспутных строчек мне ничего не объясняет. Я ухожу, не ставя точек. Пускай другие понимают. Я и не думал оставаться надолго в этом неудобье, не успевая привязаться к случайным образов подобью. На что похоже это утро? Откуда всё? И цель какая. Но в этой версии так мудро и просто. А вода стекает по стёклам с пылью дней прошедших, и возвращается обратно. Как много было не сгоревших, но выгоревших, вероятно.
9.
Натолкнувшись на препятствие, я пойму, куда я шёл. Будет видно очень явственно, будет видно хорошо? Что потом ещё покажется? Сам не знаю, но хочу знать, куда судьба завяжется. Улыбнусь и полечу. Это время. Волны плещутся. А на небе облака. Что ещё мне померещится? Что увижу свысока? Я привык смотреть на вещи так, чтобы видеть каждый штрих. Мало ли что там мерещится. Всякий раз дели на три. Время, сердцу неподвластное, очень правильно течёт. В нём случаться может разное. Может слава и почёт выпадут тебе. И радуйся, и живи, как хочешь жить. Могут выпадать и гадости, и придётся заслужить твой узор с такими красками, удивительный узор. Смыслы прячутся под масками. Есть в них слава и позор. И препятствия случаются. Тормозни, повремени. Всё проходит, всё кончается, времена, эпохи, дни.
10.
Набегают волны неспеша. Омывают и меняют берег. Там гуляет вольная душа, созерцает, радуется, верит. Оставляет на песке следы ненадолго. Их стирают волны. Бродят души у большой воды, исполняя, что должны исполнить. Настают, проходят времена. В них минуют дни, года, эпохи. Времени великая волны дышит в каждом выдохе и вдохе. День за днём сменяются огни. Исчезают страны и народы. Ты понаблюдай, как тают дни, как проходят месяцы и годы. Нет занятия лучше, чем смотреть на происходящее с тобою. И уметь застыть и замереть, примирившись с жизнью и судьбою.
11.
Чего ещё я не хотел? Куда ещё я не стремился? Я посылал десятки стрел. Но после всё же приютился в одном уютном уголке, откуда выхода не видел. Садилось солнце на мыске воспоминанием о Тавриде. Ковриги белые мягки, пахучи, сочны, полновесны. Шаги забвения легки, воспоминания чудесны. Кто говорит, что нужно так, что по другому не велели? Кто не велел? Какие цели. В какие щели пустота? Копилка смысла моего разбилась в ней, и вновь погасло воспоминание. Его я не сберёг. Да. Всё напрасно. Старался, но не воскресил. Хотел, но так не получилось. Зачем по свету колесил? И сердце трепетное билось? Так ничего и не сбылось. Хотя картинок ярких много. Но после как-то повелось, куда меня вела дорога. Мне всё равно, куда пути сумеют привести. Лишь чудо поможет мусор разгрести, чтоб быть счастливыми покуда.
12.
И вот мы здесь! На этом поле нам всё равно, во что играть. Здесь можно быть по доброй воле, и можно, как угодно лгать, чтоб изложить, чего ты хочешь, и вознестись, и низложить, и просто головы морочить, вообще не начиная жить. Ты пересказываешь только, что померещилось в пути, и номер твой совсем не сольный. Ты самомнение отпусти. Попридержи свою гордыню, другие качества ищи, а то легко получишь в дыню, забыв про ненадёжный щит. Когда себе не доверяешь, другого верить не проси. Напрасно время потеряешь. Ничто тебе здесь не грозит. В такой игре оставь тревоги, без страха радостно ходи. Пусть в каждом шаге знают ноги все тайны выбора пути.
13.
Я думал, что же мне придумать, чтобы не думать ни о чём. А надо мной стоял угрюмо мой мир, склонившись за плечом. Мне этот мир был явно тесен. Но я не знал, где взять другой. Хотелось веселее песен и троп уютней под ногой. Вокруг опять толпились люди, совали нос во все дела. Я ж представлял, что это будет, когда б отнять у нас тела. О чём поговорим тогда мы, точнее, чем поговорим, какие выполним программы в каких кострах тогда сгорим? Ведь в зеркалах не обнаружив следов прошедшей красоты, в осенних отразимся лужах, над ними отыскав мосты. Тогда мы сможем перебраться к мирам на новых берегах, чтоб за дела телами браться, шагая на своих ногах. Неповторимое творится и происходит в каждом дне. Оно никак не повторится, и не сгорит в моём огне.
14.
Не вижу печалиться смысла. К тому же и повода нет. Ну разве, что образы в числах мне точно подскажут ответ. Хотя я услышу неточно и сам искажу для других. Сознания устройство порочно, умело рисует круги. И я, всё кругами, кругами, по тем же знакомым местам, дорогу рисую ногами, размазав себя по листам. Так много случайных прохожих, бредущих сквозь сны по делам. И все они очень похожи, прилипли к случайным телам. Мы сами из прошлого родом, идём, неизвестно куда. Нас всех наделила природа возможностью помнить года прошедшей так суетно жизни, хотя и неточно, но всё ж, что помним, то помнить не лишне, что сам на себя не похож. Печалиться точно не будем, пройдём все дороги подряд, заботясь и помня о чуде, шагая во тьме наугад.
15.
Всем хорошо бы помолиться, живя в тревожных временах, чтоб попусту не разозлиться, привстав на твёрдых стременах, чтоб, посмотрев на отражение своё в скользящих зеркалах, на миг остановить кружение и размести нелепый прах оставшийся от клочьев страха, что пылью залепили взор, и, сверху натянув рубаху, от мира спрятать свой узор. И только это будет чудом, иному чуду не бывать. И навсегда тогда забуду своё умение забывать.
16.
Давай забудем, как зовём себя. Мои слова тебе помочь не могут. Пусть в табуне не много жеребят, но и детей сейчас в степи немного. Прости что выражаюсь тонким слогом. Мне не пристало прямо говорить. Слова меня пугают и стирают остатки смыслов, а потом сгорают значения, когда огонь горит. Я говорю, что, вот, горит огонь, И табуны степные по дорогам, спешат догнать оставшуюся слогом степную пыль. Слова, дорога, конь. Такие вот приходят мне слова, быть может, что действительность такая, подсказывает, я не так считаю, но всё таки, она и так права. Я заплутался в знаках, но опять спокойно на душе, как было раньше. И потому мне можно повторять одни и те же называя грани. На гранях свет застынет, после вниз стекут его задумчивые капли. И солнце пробежит за взмахом сабли. И это всё, что могут знать огни. Огни горят, слова несут их смысл. Я повторяю, жизнь идёт спокойно. И звуки мчатся в вечность с колокольни. И заполняют знаками умы.
17.
Такое множество предметов, разнообразие идей, где отличаю по приметам идущих по пути людей. Мы все здесь ищем, что, - не знаем, но мы не можем не искать. Хотя при этом выживаем, умея ткань событий ткать. Такое множество событий, разнообразие причин. Текут невидимые нити. Мы все здесь добрые ткачи. Выдумывать узор горазды, мы так устроены, чтоб ткать. Нам повторять не нужно дважды, и нас не нужно упрекать. Такое множество узоров, разнообразие цветов. Не стоит вовлекаться в споры, я лично к спорам не готов. Хватает мне занятий чудных, чтоб обойтись без суеты, не погружаясь в гул занудный, что слышится из-за черты. Чтоб не порвать и не нарушить прекрасную событий нить, которая идёт по душам, даруя им возможность быть в разнообразии событий, в многообразии идей. Такие ткутся тканей нити, и превращают нас в людей.
18.
Мелькнуло, сверкнуло и скрылось, накрылось забвением тьмы. А вроде так ярко светилось, собой заполняя умы. Как много всего совершилось, а кануло, будто совсем, хотя в самом деле светилось иллюзией планов и схем. Надежды, понятно, не сбылись, желания тоже прошли, и тьмой на рассвете покрылись мечтаний моих корабли. И мхом зарастали ступени под старой зелёной сосной. Играли зелёные тени, во мхах исчезая за мной. Я шёл по ступеням, любуясь чудесными видами гор, и помнил подробность любую. Нет смысла затеивать спор о том, как здесь было на деле, какие сияли цвета? Всё сбудется так, как хотели. Да! Истина очень проста. Здесь всё очень быстро погаснет, исчезнет, мелькнув и пропав. А после расскажутся басни о том, как вела нас тропа.
19.
Это будет неожиданно для меня для самого. Где ж оно такое видано, чтоб не вышло ничего!? Все дела мои убогие, все попытки не проспать! Очень требования строгие. Мне в десятку не попасть! Потому не получается, планка больно высока. А доска вот-вот кончается, и кончается строка. Я же с буквами случайными не сумею удержаться на краю себя. Отчаянно упираясь, чтоб не жать на педаль. Но ускорение мне уже не победить. Таковы дефекты зрения, с ними ясно не узрить. Ветер радует, и кажется, что успеешь до черты. Крепкий узел не развяжется, выдержит до темноты. Что тебе мои иллюзии? Что там плещется в зрачке? Почему зрачок так сузился, там все тайны на замке. Мне теперь не до доверия. Всё и так понятно всем. Прощевай моя империя ложных образов и схем. Дальше будет только весело. Так что смело, и вперёд. Небо звёзд на грудь навесило. Хватит всем. Давай на лёд И скользнём по небу правильно, точно сделав нужный ход. На тебя уже поставили, так что бей мимо ворот.
20. Другу Володе
Мой добрый Друг! Какие кручи нам предстоит преодолеть? Я ставлю на счастливый случай, тебе желая не болеть. Нам стоит радостно и мягко идти, чтоб правильно попасть босой стопой в густую травку, и, покачнувшись, не упасть! Глаза подняв в просторы Неба, суметь себя преодолеть, чтобы попасть туда, где не был досель, и дальше не болеть. Так что, мой Друг!, я нам желаю спокойно радости в душе, с которой мы не потеряем свой путь на новом рубеже!
21.
Опять я выгляжу нелепо, и мой наряд опять не в цвет. Похоже зря решило небо, что я по образу поэт. Но мне-то что, коль так решили движения высоких сил? Меня об этом не спросили. Я ж их об этом не просил. Случается с людьми такое. Так что ж? Приходится принять. А я лишь облаком покоя, могу желания унять. Желания легко порхают в пространстве тела по судьбе, и суетиться заставляют меня на жизненной тропе, когда мне кажется нелепым узор случившийся со мной, что выпал меж Землёй и Небом, сдавая карты по одной. Я козырей набрал довольно, чтоб победить в игре любой, и мне давно уже не больно, в огне, зовущемся судьбой. Без беспокойств и сожалений, куда положено иду, и никаких уж нет сомнений, когда я ничего не жду.
22.
Ты думаешь, мой век уже прошёл. И что здесь было? Что за время было? Неоднозначно. То ли хорошо, прогресс, движение, свет открытий милых. Летели годы, накрывая нас очередными кризисами бреда. Зима и осень, лето и весна. Всегда готовы праздновать победу. Так много слов смешалось в головах. И стали языки ещё сложнее, запутались в свободах и правах, в бесплодных спорах, кто здесь всех главнее. Кому-то очень крупно повезло, и кто-то стал удачею богаче, и не бывает вечною удача. Не исчезает мировое зло. Вот, взять меня! Чего я здесь достиг? Что было здесь со мной, чем мне гордиться? Да миг удачи, он недолго длится. Но время всё — лишь миг. Текущий миг. В едином миге есть все времена, мне радостно их призрачное дление, времён, где вечно осень и весна всего лишь краткосрочные мгновения. Так что ж? Я буду дальше продолжать спокойно пробираться через вечность, скользнув с утра в далёкий добрый вечер, И всё. Мне больше нечего сказать.
23.
Когда-то искомую ясность смогу обрести в этом сне. Какая ещё мне опасность привидится в полной луне? Чего сочинить не сумею, то просто у тьмы украду, и в тёмной далёкой аллее пущу на прогулку мечту. Пусть бродит она одинок о, пусть ищет меня в темноте. А сверху небесное око покажет дорогу к мечте. Мы с ней, обретя половину того, что искали в путях, достроим сюжет и картину, пока остальные грустят. Как ловко придумал создатель, такие узоры ещё потоком смешных обстоятельств, где не помогает расчёт. Есть только игра состояний, лишь танец потоков и сил, и времени нет в расстояниях; Я разве об этом просил? Теперь, когда время итоги приходит во тьме подводить, куда поведут меня ноги. Они же привыкли ходить. Но это, как раз, и не важно. Во тьме я нацелюсь на свет. А тьма мне ответит протяжно, что света во времени нет.
24.
На пути всё само происходит, ничего я менять не хочу ни в быту, ни в делах, ни в погоде, вдруг случайно задую свечу. Всё идёт, как идёт, во вселенной. Что мне думать об этом? Пускай превращения праха и тлена происходят. Ты всё отпускай. Не удерживай мира потоки. Всё течёт, всё в своих берегах. Для всего предназначены сроки, всё уносит мгновения река. Держит время все воды в потоках перемен, превращений, путей, нам рисуя любую дорогу в перекрёстках случайных лучей. Так что выбора я здесь не вижу, изначально всё предрешено. Будем с горки катиться на лыжах, и в итоге ложиться на дно, чтоб лежать среди прочих лежащих мириадов песчинок простых, вспоминая себя в настоящем, всё, оставив, пустив и простив.
25.
Всё как-то получилось Не так, как быть могло. Ночным дождём скатилось на сонное стекло. Ночное время лучше подходит для игры. В нём впечатления гуще и радостно остры. Весь двор, облитый светом таинствен и пуглив. Ветвей узор ответом стучит в окно, игрив. Он предлагает выход, и я в него пойду, чтоб сделать точный выдох на нужную звезду. Такое время это, в котором важно быть, как всё, что светит светом из-под руки судьбы. Я, вроде, потерялся, но вновь себя нашёл, и сам во тьме остался, и мне в ней хорошо. В окно свеча стекает, кивая из окна. И дух мой постигает, зачем нужна она.
26.
Прекрасный с неба выкатился дождь. Так вовремя, так радостно пришёлся. Смывая с мира пыль, а с сердца ложь. Чудесный миг в одном потоке сплёлся. Он слился с каждой каплей в красоте летящих с неба бесконечных капель. Их превращаю в буквы на листе, на это время я своё потратил. А в каждой капле отразился мир. Вот таково устройство океана Так время протекает через миг. В нём вечность проступает из тумана. А что ж мне делать в мире перемен? Я каждый раз, когда открою книгу, вновь безвозвратно попадаю в плен, где в каждом знаке - время, вечность мига. Он длится, и сознание дрожит, и копится живительная влага, в которой только я могу и жить, она заходит буквами в бумагу. Ты в этих буквах смысла не найдёшь, читатель мой, гуляющий по строкам. Ты никогда сквозь время не пройдёшь, запутавшись среди зеркальных окон. Прекрасно обустроен лабиринт, заполненный потоками сознания. Останься в нём. Не долог миг свидания летящей капли с радостью глубин. Прилежно возвращайся в океан. Мы встретимся с тобою в океане. Тогда и разберёмся, как в тумане из образов рождается обман.
27.
Я повторяюсь в ритмах и в словах. Я повторяю слов чужих узоры. Стоят такие медленные поры, колышется июльская трава, Над лугом воздух густ. И аромат его пьянит, дыхание наполняя. И потому легко иду, качаясь, движеньем мига наполняться рад. И я иду. За лугом будет лес. А в том лесу растут грибы средь ягод. Прекрасно всё устроено. И я вот готов войти в тот мир с тобой и без. Мне всё равно, с кем по лесу бродить. Там каждый одинок и обустроен. Среди грибов и листьев я спокоен, и знаю всё, что нужно, чтобы жить. Такие происходят времена, что если не в лесу, не разберёшься. Но вот, когда с грибами в дом вернёшься, тогда поймёшь, куда летит страна, как мчится человечество во мгле, летит во тьме, времён не различая. А жизнь проходит вовсе не в уме, проходит в теле. Лучше если с чаем. Здесь сложностей хватает, чтобы всем занять умы, чтоб там, бог даст, без цели. Грибов пожарить, пребывая в теле, пуэра выпить. Я грибов поем. Не зря же я гулял в своих лесах по тропам среди сосен и берёзок. Так доживу спокойно, до морозов, и зиму проживу, забыв про страх. Потом опять весна, и новый круг завяжется лесами за опушкой. Иду по лугу, он звенит прям в душу. И я люблю его движение слушать, чтобы понимать, как всё прекрасно, вдруг.
28.
Да. Вот задача: не поторопить. И вот ещё одна — не торопиться. Мне было б легче сразу утопиться. Но нужно дальше. Дальше нужно длить. Мгновению не нравится спешить. Миг любит негу. Миг умеет длиться. Косые тени тянутся на лицах, в них время продолжает также литься и продолжает миг застывший длить. Ведь всё пройдёт. И время всё пройдёт. Тебе его отпущено так мало. Но жаловаться всё же не пристало на то, что по потокам тает лёд, что вновь бегут весенние ручьи, и снова прилетают с юга птицы. А солнце освещает наши лица. В зелёных кронах мир опять молчит. Горячий полдень. В летней тишине движение души так различимо. И время длится, и проходит мимо эпоха в нашем очень кратком сне. Так что не буду торопить перо, оно само легко скользит по строкам, и точно согласуется по срокам. Со всем что есть, подвижно и остро.
29.
Опять становится темно, вокруг проносятся эпохи. Давно таких не видел снов, хоть эти сны не так уж плохи. В них мчатся вереницы лиц, знакомы все, уже встречались мне эти контуры ресниц, оттенки светлые печали. Я не запомнил всех примет, но кое-что забыть не в силах. Они, как мотыльки на свет, летят и пролетают мимо. И мы в них узнаём уже тех, кто встречался на дорогах. И это был другой сюжет, хотя похожих очень много. Но слоги по строке бегут, не время подводить итоги. Пускай итоги подождут. Мы ходим по большой дороге, Здесь всё меняется во сне, картины и цвета, и лица, сгорая в медленном огне, не видя смысла торопиться. Куда-то можно и свернуть, и накрутить узоров линий, но это будет тот же путь, начертанный в небесной сини. Всё поменяется опять. Ты не успеешь и заметить, Проснёшься вдруг на новом свете, и будешь дальше засыпать.
30.
Давай посмотрим на судьбу без осторожных оговорок. Мы все проходим вдоль забора, ногами щупая тропу. Тропа спокойна под ногой, и каждый шаг по ней так точен, что повторяться не захочет никто. Я тоже не такой, кто рпобежить вперёд искать следы по ней ушедших ранее. Мы все лишь огненные грани, и нас нельзя пересекать. За гранями лежит простор, откуда возвратиться сложно, и потому остаться можно там, где блуждает наш забор. А на заборе письмена всех древностей и всех забвений, они лежат на нём как тени, и не понятно ни хрена. Да. Их читать я не мастак. Не очень знаю знаки эти. Так много знаков на планете Все на своих лежат местах. Так что нет смысла о судьбе нам говорить без оговорок. Мы здесь закончимся так скоро, на этой радостной тропе. Читай, и просто делай вид, что понимаешь знаки эти. Всего хватает на планете. Планету не остановить. Она продолжит текст писать, забор для этого и скроен, и ты читать его достоин, и книгу судеб так листать. Поговорим ка о судьбе, о непонятности изгибов, о всех её прекрасных типах, и о тебе, и о тебе
31.
И что всё это может означать? Какие могут смыслы быть у бреда? Кому здесь предназначена победа? Нам вряд ли предстоит, мой друг, узнать. Хотя бы солнце вспомнило о нас, своим лучом пробившись через кроны, сквозь тучи нам отвесило поклоны, когда с утра мы выползли из сна. Довольно странный нам приснился сон, но мы привыкли видеть эти штучки. К тому же солнце нас взяло за ручки и вывело на берег сквозь заслон; Не будем и пытаться вспоминать, что виделось, и что во сне казалось. Оно уже ушло и отвязалось, ушло к другим, и нам их не догнать. А этот день придётся проживать в обычном ритме медленного чуда, сквозь знаков строй, сквозь повороты блуда, пустые разговоров пересуды. Такой вот день! Чего ещё желать? К тому же солнце было на сосне. Светило мне и радовало даже. Так что давай побудем в новом сне. Но только никому о том не скажем.
32.
Не буду я судить о том, как этот мир с утра устроен. Что можно думать, над мостом склонившись, если ты не воин. Ты даже не поэт совсем, а так, играющий словами, исследователь глупых схем, которые играют сами с тем, кто пытается понять замысловатое устройство взаимодействия огня с водой, и корни беспокойства, которое в душе людской живёт зачем-то, а тревога, становится ещё тоской, и нас толкает в путь-дорогу. И все дороги не ведут нас никуда, и нам не нужно, чтоб нас вели, ведь нас не ждут, когда мы ищем путь снаружи. Снаружи множество путей, но все пути вовне — лишь путы, узоры из людских затей, дробящих время на минуты. А мне идти пора назад, к корням глубоким, где в покое, вовнутрь обращу свой взгляд. С утра мне нравится такое.
33.
Я в добрых днях запутался уже. Они летят, как пули, очередями. В них каждый по своей природе — лжец, сокрывший ложь за прочными дверями. Или дверьми. Различий нет больших. Меж тем и этим нет больших различий. Круговорот случайностей. Событий не так уж много. Все запомню их. И времени немного, чтоб понять, чтоб разобраться в образах и знаках. Ведь каждый знак почти что одинаков. Но эта схожесть и страшит меня. А иногда смешит. И этот смех вполне годится, чтобы оказаться с обратной стороны организаций и связей, что нас связывают всех. А дни идут, порядок их таков, что поменять в них ничего не сможешь. Они идут, и все они похожи, слагая жизнь из дней, недель, веков.
34.
Я в каждой точке нахожу слова и точный знак. Но как на мир ни погляжу, в нём тот же самый баг. И не исправить, не убрать. Запущен, и вполне работает его игра на медленной волне. И я по этой же волне плыву со всеми сам. А мне-то что, когда во сне, по этим же местам гуляю просто так, и цель мне вовсе не нужна. Такой вот мир, скрипит качель качается волна. И я к волнам его привык, болезни нет морской. И все привыкли, и правы, с весельем и с тоской. А мне-то что, когда волна несёт нас всех одна. Она вообще на всех одна, единая волна. И есть единая вода, один горит огонь. Так всё устроено всегда. Порядок сей не тронь. Нет смысла ничего менять. Всё сменится само. Оно проходит сквозь меня. А я иду домой. И обязательно дойду. Чего ж мне не дойти, когда нашёл свою звезду, что светит мне в пути.
35.
Там голуби летают в небе по тропам, ведомым лишь им. А вон бродяги, что в побеге бредут, куда вообразим себе их путь. Куда какая тропа на волю их ведёт. Так в небе голуби летают, и так прекрасен их полёт. Следы в пространстве по потокам распределяются и ждут, пока соотнесут по срокам всю путаницу странных пут. Мне тайны ведомы такие, что их не выразить в словах. Слова закручены в тугие пучки и строки в головах. Их неразборчивые звуки не позволяют разобрать мотивы встречи и разлуки, в которых я умел играть словами, смыслы подбирая под настроение дождя, где капли радостно играют на лужах суть произведя, в которой будет всем довольно понятий, чтобы всё узнать, и по дороге смыслов вольной наружу выбраться из сна.
36.
Какая нынче жизнь на крышах? Что происходит наверху? И если кто-то что-то слышал, добавьте свежести в строку. Сам не решусь придумать просто, не сверив сведения с судьбой. Волна событий, смысла остров потянут время за собой. И я сквозь время тоже буду сквозить в своих проходняках. Меня, конечно, позабудут однажды. Лишь цветы в руках застынут в памяти навечно, так их сумеют сохранить, как знак одной случайной встречи, вплетя их смысл в событий нить. Я потому интересуюсь, что там на крышах по утрам, лишь по причине, что танцуют видений образы, как храм используя ночные крыши, меняя судьбы под собой, пока в постелях люди дышат и насыщаются судьбой. Я и не пробую запомнить, ведь память точно подведёт, расположение снов и комнат, где кто-то спит, и что-то ждёт. Но там звучат такие звуки, что догадаться не суметь, какие прячутся разлуки, что заставляют трубы петь. Все эти судьбы, чувства, нити сплетаются в живую ткань. Вот так я проживаю Питер, проснувшись в утреннюю рань.
Связанные материалы
Тема творчества