cайт Бронислава Виногродского


Середина Осени


Праздник Середины Осени приходится на 15 день 8-й луны.

Восьмая луна года находится между первой и последней луной осени, а ее пятнадцатый день приходится на самую середину.

История праздника "середины осени" насчитывает более двух тысяч лет. Вот, что говорится по этому поводу в "Записках о ритуале": "Весной сын Неба обращен к Солнцу, осенью же - к Луне, утром - к Солнцу, к Луне - вечером". В "Чжоусских ритуалах" мы читаем: "В середине весны днем бьют в барабаны, дуют во флейты и читают стихи для того, чтобы предотвратить жару. В середине осени подобным образом встречают холод". Это и есть самое первое упоминание выражения "середина осени".

В стихотворении Дань Оу Яна "Любование Луной" сказано: "Осень во времени следует за летом, предваряя зиму. Восьмая луна года находится между первой и последней луной осени. Пятнадцатый день это также и середина луны. И если говорить о небесном пути, о состоянии холода и жары, которое отражается в числах Луны, то в это время наполняются жаба и заяц".



Как Танский император Мин Хуан путешествовал по лунному дворцу

В Китае со времен глубокой древности, весной, в пятнадцатый день второй луны на рассвете почитали Солнце, устраивая ритуальные действия в его честь. Осенью в пятнадцатый день восьмого месяца почитали Луну. Первоначально обряд возглавлял сам император, но впоследствии Поднебесная пополнялась все новыми провинциями и уездами, и роль сына Неба доставалась наместникам императора. Постепенно ритуал превратился в праздник, любимый всем народом.

Однако до эпохи Шести Династий праздник "Середины осени" уступал по значимости празднику "Начала лета" (дуан ву деу). Начиная со времени династии Тан он стал одним из главных праздников года. Именно тогда распространилась история о том, как Танский император Мин Хуан путешествовал по лунному дворцу.

В "Танских неканонических хрониках" ("Тан И Ши") говорится следующее:

Однажды прямо в ночь на пятнадцатое число восьмой луны даос по имени Ло Гун Ян сопровождал в прогулке по дворцу танского императора Мин Хуана. Когда они остановились, чтобы полюбоваться Луной, восхищенный Мин Хуан обронил: "Как было бы здорово погулять однажды по лунному саду!". Ло Гун Ян, услышав, сказал: "Ваше величество хочет отправиться в лунный дворец, что ж, это несложно!" - и, пробормотав что-то, взял посох и бросил его в воздух. Казалось, что посох прорезал воздух и полетел прямо к лунному дворцу. И вот, впереди появился широкий и просторный серебряный мост, на который даос и попросил императора взойти. Через несколько шагов вокруг них сгустился холодный воздух, повеяло морозной свежестью, и вскоре впереди возник великолепной красоты дворцовый город. Перед входом возвышалось высокое раскидистое коричное дерево, под которым белый заяц толок в ступке снадобья. Вывеска перед входом гласила: "Убежище чистой пустоты в обширном холоде". Ло Гун Ян сообщил Мин Хуану, что это и есть Небесный дворец.

Они вошли вовнутрь, и взору их открылись великолепные здания и нефритовые чертоги совершенных форм и пропорций, окруженные изысканными экзотическими растениями. Пройдя между точеными нефритовыми колоннами, они оказались в роскошном главном зале дворца, где увидели сто фей, облаченных в белоснежные прозрачные легкие одежды, грациозно парящих над сверкающей, словно зеркало, гладью пруда. По залу разносились приятные звуки. Мин Хуан, высокий ценитель искусства музыки, втайне запомнил эту прекрасную мелодию. После осмотра дворцового города, они предались созерцанию безбрежной земли, раскинувшейся внизу. "Тело странствует по серебряным чертогам, киноварным дворцам, а на самом деле я просто склонил голову и задремал", - подумал Мин Хуан.

Наконец, Ло Гун Ян снова взял посох, и они вернулись в мир людей, где все случившееся показалось императору чудесным сном, отчего он предался чувству глубокой грусти. Однако, проснувшись, Мин Хуан вспомнил и упорядочил мелодию, услышанную во сне.

Впоследствии Бо Цзюй И в стихотворении "Песнь долгой тоски" упоминал песню о радужных тогах и одеждах из перьев. Эта история нашла также отражение в романах "Описание о встрече небесных духов", "Воспоминание о встрече с бессмертными", где даос именуется Чжан Го Лао или Е Фа Шань, но суть чудесного путешествия от этого не меняется.



Ночь середины осени в династию Сун

Во времена династии Сун праздник "Середины осени" уже сопровождался пышными церемониями и действами. Тай Цзун, император династии северная Сун, (976-997) официально объявил пятнадцатый день восьмой луны праздником "Середины осени".

В тексте эпохи Сун "Дун Цзин Мэн Хуа Лу", "Записи о цветах снов в восточной столице", говорится следующее: В ночь праздника "Середины осени" богатые и знатные люди в садах, на террасах украшенных резные решетки цветами, составляют букеты и пируют. А простолюдины собираются группами по три-пять человек, любуются пейзажем и празднуют с вином и хорошими яствами в чайных и закусочных. Этой ночью кипят в котлах с водой плетеные корзины, что ставятся поблизости от людских жилищ, и до глубокой ночи раздаются звуки шэнов. Все выглядит, будто заоблачный пейзаж. В ночном городе работают рынки, на улицах толпятся люди, во дворах играют дети - веселье продолжается до рассвета. Каждый раз по случаю праздника все винные терема и чайные в восточной столице заново украшают, вывешивают фонари, выставляется на продажу хорошее вино и изысканные яства. На уличных лотках, торговых местах лежат цветы, фрукты и сладости, и торговля продолжается с вечера до утра".

На юге в династию южная Сун У Цзы Му в тексте "Мэн Лян Лу" приводит такое красочное описание: "В это время ветер приобретает качество Металла, в нефритовых росах рождается прохлада, киноварные деревья источают аромат. В этот вечер раскрывают ставни, убирают шторы, звучат музыкальные инструменты, барабаны или тавры, поют песни, разливается вино, в веселье и радости проводят вечер. В богатых домах любоваться Луной поднимаются на крыши, если же дом бедный, выходят на небольшую террасу или балкончик. На пиршество собираются и взрослые, и дети, поздравляют друг друга, гадают. На улицах до пятой стражи не прекращается торговля, люди гуляют и любуются Луной. Младшие сыновья и дочери во дворах возжигают благовония и молятся на луну, обращая к ней свои ожидания. Мужчины желают взобраться на коричное дерево бессмертных, а женщины мечтают войти в дом лунной жабы, чтобы она помогла им выйти замуж, создать семью".



Мятеж середины осени во времена династии Юань

История становления Срединного Государства знала периоды смуты и процветания, войны и благоденствия. Ассимиляция разных народностей в единое государство не всегда проходила легко и быстро. В период правления династии Юань, имеющей монгольские корни, в свое время подвергшиеся подавлению, притесняли ханьцев, вплоть до того, что был введен официальный запрет на использование изделий из железа. Даже кухонных ножей разрешалось иметь один на десять семей. Эти репрессии сопровождались неурожаем, стихийными бедствиями и катастрофами. И вот волна народного гнева достигла критической точки. Некий человек Чжан Ши Чин из округа Тай Чжоу сплотил тайный союз, призывающий к восстанию. Накануне праздника "Середины осени" была распространена листовка со словами "в пятнадцатый день восьмой луны все вместе подымут руки". Она была спрятана в лепешках, так называемых "лунных блинах", которые передавались среди народа и стали средствами связи. Ночь праздника "Середины осени" положила начало восстания против династии Юань. С тех пор и пошел обычай есть лунные блины в память об этом событии. По разным версиям этой истории, предводителем восстания был Чжу Юань Чжан или Лю Бо Вэнь.



Почитание луны

Минский император Ши Цзун раз в три года совершал моление "духу просветления ночи" на особом алтаре из дерева и глины. Последующие два года его заменяли высочайшие сановники. В настоящее время это парк Юэ Тань Гун Юань, Алтарь Луны, в Пекине.

В это время родилось красивое предание о том, как на пятнадцатый день восьмой луны открываются врата небес.

Тысячу лет тому назад жил да был один пастушок. Оставшись сиротой с малолетства, пошел он в услужение к некому землевладельцу и двадцать лет пас его коров, да только не заработал этим ни копейки. Однажды он тяжело заболел, а хозяин, видя, что скоро придет пастушку конец, выгнал его за ворота. И случилось это как раз в ночь полнолуния "Середины осени". Пошел тогда пастушок куда глаза глядят, вниз по горному склону. Долго ли, коротко - прилег он под коричным деревом, совсем обессиливший, глядя на светлую Луну, выглядывающую сквозь цветущие ветви. И почудилось ему, как прямо из середины лунного диска показалась прекрасная дева, опустилась на землю рядом и заговорила с ним. Он рассказал ей о своей горькой доле, и тогда она, взмахнув длинными рукавами закружилась в танце, и перед его глазами посреди поля появилась соломенная хижина, в хижине - очаг с котлом, чашки, у порога - мотыга. После этого Чан Гун, а именно так и звали пастушка, зажил счастливо, обрабатывая землю подарками лунной девы.

Поэтому на пятнадцатый день восьмой луны, выходя за порог дома, поклоняются простые люди Луне и просят в своих молитвах, чтобы "открылись небесные врата" и были им ниспосланы дары из Лунного дома.



Дети почитают и поклоняются дедушке-зайцу

В прошлом еще был обычай дарить детям дедушку-зайца на праздник "Середины осени". В пятнадцатый день восьмой луны вывешивали табличку с надписью "Государь звезды Великий Инь", которую еще называли "Бодхисатва лунного света". На листе бумаги рисовали государя звезды Великий Инь, похожего на бодхисатву, а ниже - лунный дворец, где нефритовый заяц толчет снадобья в ступе. Во время ритуала воскуривали благовония, а табличку сжигали. Впервые этот ритуал появляется в период династии Мин, а в при Танах обычай стал широко популярен. Зайца изображали с белым нежным лицом, одетым в военный халат, с железным шлемом на голове. В левой руке он держал ступку, в правой - пестик, на спине у него красовалось небольшое знамя. Слева от зайца часто изображался лев или тигр, пятнистый олень или верблюд, на котором заяц перемещался. Иногда его изображали сидящим на драгоценном лотосе, и вид у него тогда был величественный и строгий, одухотворенный. Лунный заяц особенно был любим детьми, поэтому его фигурка после праздников часто становилась детской игрушкой.



Лунный блин

Со времен династии Тан обязательным угощением на праздничном столе по случаю торжеств "Середины осени" являются "лунные блины". В самых разных районах и провинциях Китая хозяйки жарят блинчики, заворачивая внутрь разнообразные начинки. Гуанчжоусские и чаочжоусские, пекинские и нанкинские, из Су и из Дянь - они различаются по форме и вкусам, большие и маленькие, сладкие и соленые. Начинка может быть скоромная и постная. На большом блине выдавливают изображение богини Чан Э, убегающей на Луну, небесной девы, разбрасывающей цветы, хмельной красавицы Си Ши под Луной и другие сюжеты. Праздник начинается во дворе, где вся семья любуется Луной, затем вовозжигают благовония, расставляют на алтаре ритуальные предметы. После этого глава семьи, руководящий процессом, раздает всем домочадцам праздничные лунные блины. Если кто-либо из членов семьи находится вдали от дома, ему обязательно оставляют угощение, так что символически семья в эту ночь объединяется.

Вот, что говорится об этом в тексте "Описание нравов императорской столицы" ("Ди Цзин Цзин У Люэ"): "в пятнадцатый день восьмой луны почитают Луну, потому блины и фруктовые плоды, которые используются в обряде, должны быть круглыми".

В тексе "О хрониках описания путешествия у западного озера", "Си Ху Ю Лань Чжи Юй", говорится: "Среди простых людей лунным блином потчуют друг друга, и это обозначает единение, сплоченность".

Су Дун По в своем стихотворении так говорит о лунном блине: "маленький блин словно надкушенная Луна, в нем есть и уксус, и мука". В династию южная Сун некий Де У в "Старых делах из леса боевых искусств", "У Лин Цзю Ши", описывая разные приготовленные на пару яства и пирожные, упоминает лунный блин, "юэ бин". В династию Мин некий Тао Цзун И в тексте "Записки о дворе рода Юань", "Юань Ши Е Тин Цзи", тоже упоминает, что "по первому инею разливали вино и ели сладость, которая называлась цветочный блин", "хуа юэ чжи гао".

В конце династии Цин императрица Ци Си, которая имела обыкновение в праздник "Середины осени" совершать моления Луне в саду И Хэ Юань в императорском парке, выдала указание императорской кухне выбрать круглую тыкву и порезать ее в виде цветов лотоса. Приготовленную тыкву поместили на серебряное блюдо и она стала главным жертвоприношением на празднике. После ритуала императрица раздала своим сановникам, царедворцам, фрейлинам и гостям лунные блины и повелела впредь называть их "юэ хуа", "лунный цветок", так как слово блин, "бин", по звучанию похоже на болезнь, "бин".



Почему в праздник середины осени едят сладкие "юй най"

На юго-востоке Китая, на морском побережье есть обычай есть сладкие юй най. Есть маленькая история по этому поводу. Рассказывают, что во времена династии Мин японские пираты учинили разбой на юго-восточном побережье. Они сжигали дома, убивали людей, грабили и чинили бесчинства. И тогда император послал героя Ци Цзи Гуана с войсками для того, чтобы навести порядок. Разбойники спаслись бегством. Это время пришлось как раз на праздник "Середины осени", который и решили отпраздновать победители. Кто знал, что именно этой ночью хитрые пираты решатся окружить в горах эти войска? После нескольких дней осады припасы подошли к концу. Ци Цзи Гуан ждал случая для прорыва, а чтобы утолить голод, послал нескольких бойцов собрать каких-нибудь трав в горах. Солдаты накопали кореньев травы, росшей в окрестностях, а когда приготовили их и попробовали, оказалось, что блюдо имеет хороший вкус и, кроме того, неплохо удовлетворяет голод. Ци Цзи Гуан обрадовался и сказал: "Из-за моей глупости мы попали в большую беду. И для того, чтобы не забывать об этом, я предлагаю назвать их "юй нань", "встретить трудность". Глубокой ночью вдохновленное войско неожиданно атаковало пиратов, уничтожив их всех до одного. С тех пор на юго-востоке в приморье, празднуя "Середину осени", едят сладкие "юй нань", которые со временем стали называться "юй най".



У Ган рубит коричное дерево

В стародавние времена жил да был один человек, посвятивший свою жизнь достижению бессмертия. Но вышло так, что он нарушил какие-то законы, и за это был наказан Небесным владыкой, который велел ему срубить коричное дерево, что растет на Луне. Надо сказать, что дерево это в высоту имеет пятьсот чжанов · , да к тому же обладает волшебной силой. И вот, добравшись наконец до Луны, У Ган понял, что задача ему предстоит не из легких. Взялся он поудобнее за топор и ударил по стволу. Дерево было очень прочное и поддавалось с трудом, но что еще хуже - всякий раз на месте отрубленного кусочка вырастал новый. Так и стал У Ган бессмертным.



Чан Э убегает на луну

В незапамятные времена у небесного владыки Ди Цзюня было две жены, Чан Си и Си Хэ Си Хэ родила ему десять сыновей-солнц, а Чан Си - двенадцать Лун.

Десять Солнц жили в корнях дерева Фусан, и каждый день по ветвям одно из них поднималось и освещало землю. Но вот однажды все 10 Солнц разыгрались и одновременно появились на небе. Не трудно представить, что тут началось! Невыносимый зной погубил все деревья и травы, обмелели и высохли источники и реки, всю землю покрывали трупы животных и людей.

Для устранения беспорядка небожители прибегли к услугам Стрелка И, известного тем, что он не знал промаха. Услышав приказ, он немедленно отправился его выполнять. Согнул он свой огромный лук, вложил волшебную стрелу и выстрелил. Метким выстрелом снял он первое Солнце с небес, и упало оно к ногам его вороном. Прицелился в другой раз - и снова в цель, еще один ворон упал к его ногам. Так перебил он девять Солнц, оставив в вышине лишь одно. На земле вновь воцарился порядок, все люди от мала до велика благодарили и восхваляли своего спасителя.

Но здесь нужно сказать, что женой великого стрелка была красавица Чан Э, небожительница, которая в мире людей очень страдала от всяческих несовершенств, горестей и болезней, поэтому ей хотелось как можно скорее вернуться в небесные чертоги. А Небесный владыка затаил зло на Стрелка за то, что тот убил девять его сыновей, вместо того, чтобы просто их проучить, и никак не соглашался на возвращение Стрелка и его жены обратно на Небо. Стрелок же, в свою очередь, очень близко к сердцу принял людские беды и просьбы о помощи и то и дело отправлялся на новые подвиги. Он сделал для людей много хорошего дел и надеялся, что владыка простит его, однако тщетно.

Слава о подвигах Стрелка достигла гор Кунь Лунь, где тронутая этой историей Матушка Владычица Запада Си Ван Му, одарила Хоу И эликсиром бессмертия, съев который он легко смог бы вновь подняться на небо. Принес Стрелок эликсир домой и рассказал обо всем жене. Но в это время опять произошло стихийное бедствие, разлились воды, и Стрелок отправился на новые подвиги.

Оставшись снова одна, красавица, не долго думая, взяла, да и проглотила чудодейственное средство. Ощутив легкость, стала подниматься Чан Э на небо, точно облачко. Однако небожители встретили ее более чем холодно, низкий поступок навсегда покрыл ее позором, отчего обликом стала красавица походить на жабу. Ничего не оставалось Чан Э, как повернуться и улететь в свой Лунный дворец, где в холодном бледном свете танцует она и по сей день под замысловатый стук пестика о ступку, в которой лунный заяц толчет свои снадобья, пополняя запас эликсира бессмертия.

По сельскохозяйственному календарю в каждом сезоне выделяются первый месяц, срединный и последний. И поскольку пятнадцатое число восьмого месяца приходится как раз на середину осени, то его и принято называть "серединой осени", или "чжун теу".



*Юй най" - таро (клубни, особенно мелкие) *жан - китайский сажень

Опрос: 

В чём Ваши цели и ценности?





Знаете ли вы


По советам традиционной медицины Китая, тыквенные семечки и кедровые орехи заряжают организм энергией.